Image upload Ebay. загрузка картинок
Сведения из истории
Этапы строительства
Собор и люди
Прошлое и будущее храма
Этапы возрождения
Публикации о соборе
Новости
Пожертвования
Реквизиты фонда
Почта фонда
Фотогалерея
Обращение к предпринимателям Люди о соборе Князь Воронцов


“Смею думать…”

    Одессе в ХIХ веке фантастически везло на правителей. Дерибас, Ришелье, Ланжерон были людьми незаурядными, влюбленными в свое детище – новорожденный город и употребившие свои недюжинные таланты на его благоустройство и процветание. Но далеко не всем было по душе, что городом и краем правят иноземцы. Ксенофобов и шовинистов хватало и двести лет тому назад. Одержимость национальной идеей вовсе не продукт новейшей истории. Поэтому, когда граф Воронцов занял пост новороссийского генерал-губернатора, часть российского общества облегченно вздохнула: наконец-то на Одессу, насквозь пропитанную иностранщиной, наденут русскую узду. Известный мемуарист Ф.Ф. Вигель восторженно писал по этому поводу: “Захотели, наконец, чтобы Новая Россия обрусела, и в 1823 году прислали управлять ею Русского барина и Русского воина”.

    Бесспорно, Михаил Семенович был и русским барином и русским воином, но происхождение вовсе не делало его замшелым славянофилом. Воспитание он получил европейское, английское и квасной патриотизм был ему чужд. К тому же граф был человеком не только образованным, но и умным, что приходится признать, невзирая на нелестные отзывы о нем солнца русской поэзии. Ну, не любили они с Воронцовым друг друга, что ж тут поделаешь! Не останавливаясь на качествах характера генерал-губернатора, вызывавших горячую неприязнь великого поэта, необходимо отдать должное этому выдающемуся государственному деятелю, годы правления которого справедливо называют “золотым веком Одессы”.

    Вступив в должность, граф не оправдал надежд радетелей национальной идеи. Он проводил ту же политику, что его предшественники иностранцы. Его девизом было: “Чего недостает дома, то заемлется немедленно из чуждых стран”. В “Слове при погребении” князя Воронцова архиепископ Херсонский Иннокентий произнес: “Для многих новых предприятий недостает туземных делателей – почивший не медлит призвать их отовсюду, употребляя для сего даже собственные средства; а в числе призванных на время, многие, будучи обласканы, успокоены и привязаны к новой стране самыми успехами своими, остаются у нас навсегда”.

    Толерантность Михаила Семеновича не может не вызывать восхищения. Что было ее причиной – аристократизм, выработанный поколениями предков голубой крови, британское воспитание, трезвый расчет, глубина и масштабность мышления или попросту человечность? Можно строить предположения на этот счет, но деятельность Воронцова в области межнациональных отношений говорит сама за себя. Исторически сложилось, что пробным камнем толерантности является отношение к евреям. Свидетель еврейских погромов второй половины ХIХ века историк Костомаров написал: “Наблюдал сцены жидотрепания”. С Костомаровым все ясно. А что же Воронцов? Доротея Атлас в книге “Старая Одесса. Ее друзья и недруги” пишет: “Желая оживить торговлю края, князь принял евреев под свое покровительство. Он обратил внимание на поднятие умственного и нравственного уровня одесских евреев. Были открыты еврейские общественные школы для детей обоего пола, главная синагога, молитвенные дома и больница. Воронцов одобрял “все меры для изыскания средств”; “по высокому эстетическому вкусу начертил план синагоги; “прилагал особенное попечение о больнице” и лично экзаменовал мальчиков в общественном училище. Стараясь поднять значение еврейского населения в глазах русского общества, он добился посещения синагоги императрицею Александрой Федоровной; по его же предложению император Николай с наследником престола “осматривал в подробности” еврейские школы и больницу.

    Весть о привольной жизни евреев в Одессе быстро разнеслась по западным губерниям и соседней с ними Австрии. Планы Воронцова удались вполне: в Одессу стала переезжать австрийская еврейская интеллигенция; приехали и крупные негоцианты с солидными капиталами. Они приобретали недвижимую собственность, открывали торговые дома. В 1850-х в Одессе существовали еврейские фирмы, делавшие миллионные обороты”.

    Доротея Атлас использовала для своей “Старой Одессы” книгу Пэна “Еврейская старина в Одессе”. Но это далеко не единственный источник, свидетельствующий о том, что Воронцов был не только великолепным хозяином Новороссийского края, но и гуманистом. В 1843 году был создан проект, с которым было предложено ознакомиться российским губернаторам. Вот что пишет по этому поводу корреспондент газеты “Восход” в 1900-м году: “Сущность проекта, препровожденного на заключение всем генерал-губернаторам, сводился к тому, чтобы всех живущих в России евреев разделить на два класса: полезных и бесполезных. Полезными предполагалось называть “только купцов третьей гильдии, цеховых ремесленников, земледельцев и тех мещан, которые владеют недвижимым имением, приносящим известное количество годового дохода. Все же прочие евреи, не входящие в состав этих разрядов, должны были признаваться бесполезными, и в отношении их предлагались различные репрессивные меры, направленные к тому, чтобы заставить их выбрать одну из отраслей пропитания, признанных полезными”.

    Проект заодно предлагал выселить евреев из местечек в большие города без права выезда и обложить их тройной рекрутской повинностью. В общем, типичный проект российского правительства, отличавшегося, как известно, лютой любовью к евреям. Не исключено, что закон этот вошел бы в силу, если бы не умное противостояние Михаила Семеновича. Текст его записки частично приведен в “Восходе”: “Смею думать, что самое общее название “бесполезных” для нескольких сотен тысяч людей, по воле Всевышнего издревле живущих в Империи, и круто, и несправедливо; но если и принять сие название для некоторого количества евреев, то и тогда разделение, мне кажется, должно быть другое. В проекте министерства остается бесполезным многочисленное сословие раввинов и других духовных законоучителей и получивших ученую степень, которые бесспорно и самим правительством считались полезными. Кроме того, проект считает бесполезными всех тех многочисленных евреев, которые занимаются или мелочной покупкой продуктов у первых производителей, дабы их доставлять оптовому купцу, или полезной продажей потребителям товаров, получаемых ими от оптового продавателя большими количествами.

    Рассуждая беспристрастно, нельзя не удивиться, что все сии многочисленные торговцы считаются бесполезными и, следственно, вредными, тогда как они мелким промыслом, без всякого сомнения, помогают, с одной стороны, промышленности сельской, а с другой – торговой, и то в провинциях польских, где национального мелкого купечества никогда не было и теперь не находится”.

    Вежливо указав на “тактичность” слова бесполезный по отношению к целому народу, Михаил Семенович ненавязчиво указывает и на его глупость. Делает это с виртуозностью врожденного дипломата, не выказывая открытого противостояния, но показывая “на пальцах”, на фактах неразумие проекта: “Столь насильственная мера, принимаемая просвещенным правительством относительно огромнейшего числа верных подданных, была бы совершенно непонятна, если бы не было очевидно, что об ней представляли под влиянием надежды, что она может и даже непременно будет иметь следствием немедленное обращение всех евреев к полезнейшим занятиям, так что думают поступать в этом случае подобно благоразумному врачу, который решается на кровавую операцию, будучи убежден, что с кратковременной, хотя сильной болью, прекратится долговременная и опасная болезнь. Но именно это предположение, единственное объяснение означенной меры касательно евреев, по моему убеждению, совершенно ошибочно: все те евреи, к которым относится эта мера, суть, с весьма немногими изъятиями, крайне бедны. Принужденный зарабатывать каждый день свое дневное пропитание, они не имеют никакой возможности прекратить для будущности своей занятия настоящие, возложенные на них ежедневной нуждою. Такого состояния человек, который весь день ищет для себя и своего семейства кусок хлеба, не имеет никакого средства отложить целые годы на изучение ремесла, на наем и обрабатывание полей, не говоря уже о приобретении дома или капитала на торговлю. Нет никакого сомнения, что несравненное большинство сих несчастных подвергнется всей строгости вышереченной меры правительства, будет страдать и терпеть лишение городских прав, тесноту и тройную рекрутскую повинность, имея одно только желание к улучшению своей участи, но будучи не в силах привести его к действию. Мучительная операция над этим классом людей причинит им не только одну боль, но даже истребление через нищету, не приведя с собою ожидаемого излечения”.

    “Смею думать – резюмирует генерал губернатор Новороссийского края, – что худые последствия будут неизбежны если мера сия примется во всей строгости; смею думать, что мера сия и в государственном виде вредна и жестока. С одной стороны отымутся сотни тысяч рук, помогающих мелкой торговой промышленности в провинциях, где заменить их нет и долго не будет возможности; с другой же – плач и вопли столь огромного числа несчастных, которых постигнут печальные действия сей меры, будут служить порицанием и у нас, и за пределами России…”

    Как сказано выше, записка Воронцова убедила авторов проекта о полезных и бесполезных евреях. Переселение не состоялось. Как не состоялись благодаря графу, а затем и князю Михаилу Семеновичу Воронцову и другие, не менее драконовские проекты. И, наоборот, состоялись те, умные, замечательные, плоды которых одесситы пожинают и по сей день. Все потому, что Новороссийский генерал губернатор “смел думать”. Конечно, “смею думать” всего лишь оборот официального документа позапрошлого столетия. Но в случае с Воронцовым – еще и констатация факта. Он смел думать и результаты этой смелости не могут не восхитить.



    Елена КАРАКИНА,
    «Юг», 29 сентября 2005 года





Сведения из историиЭтапы строительстваПрошлое и будущее собора
Этапы воcстановленияСобор и людиПубликации о собореНовости
ПожертвованияБлаготворительные билетыЛюди о собореКнязь Воронцов
Реквизиты "Черноморского православного фонда"Почта фонда
Обращение к предпринимателям
Фотогалерея