Image upload Ebay. загрузка картинок
Сведения из истории
Этапы строительства
Собор и люди
Прошлое и будущее храма
Этапы возрождения
Публикации о соборе
Новости
Пожертвования
Реквизиты фонда
Почта фонда
Фотогалерея
Обращение к предпринимателям Люди о соборе Князь Воронцов

Покаяние

    В Одессе прошла церемония перезахоронения останков генерал-губернатора Воронцова и его супруги Елизаветы Ксаверьевны

    10 ноября в соответствии со всеми почестями и строгим соблюдением ритуала произошла церемония перезахоронения останков генерал-губернатора Новороссийского края и полномочного наместника Бессарабской области светлейшего князя Михаила Семеновича Воронцова и его супруги Елизаветы Ксаверьевны и возвращение их праха в место первоначального упокоения в восстанавливаемом Спасо-Преображенском кафедральном соборе.

    Ноябрь в нашей стране – месяц политизированный: одни празднуют годовщину октябрьского, другие готовятся отметить юбилей «оранжевого» переворота. Оба действа сопровождаются сонмом громких, но обесцененных слов, которым никто уже не верит.

    Одесса не любит потрясений и революций. Она первой в новейшей истории Украины совершила акт покаяния и восстановления исторической справедливости по отношению к своему великому прошлому и показала пример отсутствия плебейского заискивания и раболепства перед центральной властью, у которой на этот счёт, возможно, есть другое мнение.

    Депутаты голосовали стоя

    На сессии Одесского городского совета, где 29 сентября принималось судьбоносное решение о перезахоронении останков высокопоставленного царского вельможи и его супруги, не прозвучало ни одного слова так модного сейчас русофобского оттенка или даже намёка на боязнь, что кто-то там наверху оценит благое дело как имперское влияние соседней державы. Депутат Борис Литвак предложил голосовать стоя, и народные избранники разных национальностей, вероисповеданий и политических пристрастий, поддержав предложение, единогласно проголосовали за восстановление исторической справедливости по отношению к семейной чете генерал-губернатора Новороссийского края графа (по позднейшему титулу – светлейшего князя) Воронцова.

    Мысль о покаянии перед памятью великих граждан Южной Пальмиры, похороненных в городе, давно витает в Одессе. В смутные времена послереволюционного времени прах многих именитых земляков был не просто потревожен, но практически уничтожен. Останки первостроителей города, видных учёных, общественных деятелей, в том числе, брата основателя города Дерибаса, Льва Пушкина, примы немого кино Веры Холодной и других достойных граждан были закатаны под асфальт при строительстве на месте 1 христианского кладбища парка культуры и отдыха им. Ильича. До сих пор достоверно не известно, где находятся останки мэра и мецената Григория Маразли, а могила генерал-губернатора Воронцова затерялась в дебрях Слободского кладбища.

    Разговоры о необходимости вернуть прах Воронцовых в восстанавливаемый на Соборной площади храм начались сразу после того, как вышло постановление Кабинета Министров Украины от 23.04.1999 гг. о включении взорванного в 1936 г. Одесского Спасо-Преображенского собора в «Программу воссоздания выдающихся утраченных памятников истории и культуры Украины».

    Для реализации благородного дела по восстановлению собора в Одессе был создан благотворительный Черноморский Православный фонд. Уже на Рождество Христово 2001 г. была торжественно открыта колокольня, а еще через два года полностью построено здание собора, в нижнем храме, которого с 2005 года уже проходят богослужения.

    Все эти годы депутат горсовета, председатель правления фонда Василий Иеремия лелеял мечту о восстановления исторической справедливости по отношению к одному из наиболее заслуженных граждан Одессы – генерал-губернатору Воронцову и его супруги, которые в знак особого признания их заслуг удостоились чести быть погребенными в Спасо-Преображенском соборе, где за всю историю существования упокоились лишь выдающиеся духовные пастыри, и никогда – светские лица.

    Перед разрушением храма в 1936 г. могилы Михаила Семеновича и Елизаветы Ксаверьевны Воронцовых были осквернены, прах в буквальном смысле выброшен на улицу, а затем, согласно бытующей в Одессе легенде, тайно перезахоронен на одном из кладбищ для городской бедноты. Скорее всего, это просто красивый миф. Трудно представить, чтобы такой акт было возможно совершить втайне от властей в 1936 г. Хотя все может быть. Согласно недавней публикации в газете «Одесский вестник», этим патриотом оказался шофер Никифор Яровой, расстрелянный вскоре после перезахоронения останков графа.

    Решение о возвращении праха Воронцовых в возрожденный собор приняли 14 июля 2005 г. на заседании правления Черноморского Православного фонда. В течение лета были собраны все необходимые документы: запись о смерти графа и его супруги в книгах погребения Спасо-Преображенского кафедрального собора, разрешение об эксгумации могилы; получено благословение митрополита Одесского и Измаильского Агафангела на перезахоронение.

    Для исключения каких-либо сомнений и политических инсинуаций, 20 октября в присутствии представителей городских властей, судмедэкспертизы и краеведов была произведена эксгумация могил супругов Воронцовых на Слободском кладбище, прах отправлен на экспертизу, которую проводила комиссия под руководством начальника одесского областного бюро судмедэкспертизы, доктора медицинских наук, профессора Григория Кривды.

    При эксгумации обнаружены фрагменты дорогих гробов с позолотой и элементы герба, частички мундира зеленого цвета, в котором был похоронен генерал-фельдмаршал, металлические части эполет и аксельбантов, фрагменты дорогих одежд и ритуальных украшений княгини. Прах князя оказался помещенным в свинцовую капсулу со стенками толщиной 2 мм, поэтому хорошо сохранился. Был подтвержден довольно высокий рост князя – около 182 см. Комиссия провела комплексную проверку, включая спектральное и рентгеновское исследования, а также экспертизу фотосовмещения. Все исследования с высокой степенью вероятности – до 99,9945% - подтвердили, что прах действительно принадлежит чете Воронцовых.

    Конфликт трудоголика губернатора и поэта - чиновника

    Почему же Одесса с таким энтузиазмом отнеслась к акту возвращения праха Воронцова? В первые годы существования Южной Пальмире фантастически везло на правителей: Дерибас, Ришелье, Ланжерон, Воронцов были людьми незаурядными, употребившими свои недюжинные таланты на благоустройство и процветание молодого города. Но именно годы правления Воронцова называют «золотым веком» Одессы. Отсюда и благодарная память: несмотря на все исторические передряги, на центральной площади вот уже 142 года стоит величественный памятник генерал-губернатору, его имя носит маяк, известный морякам всего мира, сохранился, хотя и требует реставрации Воронцовский дворец, в городе есть Воронцовский мол и Воронцовский переулок.

    К сожалению, во многом наше представление о графе сложилось благодаря убийственной эпиграмме гения русской словесности. Но, как любят шутить одесские экскурсоводы, чем ближе к югу, тем больше филологи любят Воронцова. Но благоговеют и перед Пушкиным. Да и сам поэт, и по совместительству - чиновник министерства иностранных дел, в письмах к брату Левушке признавался, что если бы его влекла служба, то он хотел бы служить только у Воронцова.

    Объяснить раздражение Пушкина нетрудно. В кишиневской ссылке под опекой генерала Инзова он не был обременен работой. Того же ждал и от Одессы. Графу же были присущи отменное трудолюбие, твердость, принципиальность и чрезвычайная пунктуальность – качества, которые он хотел видеть и в своих подчиненных. Сначала он сильно нагружал их работой, строго спрашивал результат, но со временем становился не начальником, а другом - нанимал и оплачивал жилье, помогал деньгами, устраивал обеды, разрешал безвозмездно пользоваться лошадьми из своих конюшен.

    Для Пушкина служба была обузой. Она отвлекала от творчества, к тому же не давала достаточных средств для светской жизни. Спустя год после ссылки поэта в Одессу, Воронцов стал просить Нессельроде перевести Пушкина в другое место. «Здесь слишком много народа, и особенно людей, которые льстят его самолюбию, поощряя его глупостями, причиняющими ему много зла. Летом будет еще многолюднее, и Пушкин вместо того, чтобы учиться и работать, еще более собьется с пути. Т.к. мне не в чем его упрекнуть, кроме праздности, я дам о нем хороший отзыв и прошу быть к нему благосклонным» (из письма к Киселеву).

    Кстати, современники рассказывали, что граф хохотал до слез, читая пушкинский отчет о командировке на саранчу (помните: «саранча летела, летела, все съела и улетела»?) и констатировал, что в многостраничных отчетах других командированных говорилось, по сути, то же самое.

    Так что конфликт Воронцова и Пушкина – это столкновение двух жизненных позиций.

    «Жить так, чтобы прощали власть и богатство»

    Попробуем взглянуть на фигуру новороссийского генерал-губернатора без большевистского максимализма.

    Герой. Молодость Михаила Воронцова прошла на полевых биваках. Он был участником десятка военных кампаний на Балканах, Кавказе, в Польше, Пруссии, Персии, Франции. В дунайских походах служил под началом Багратиона, Кутузова. Стоял против Бонапарта под Смоленском, получил тяжелое ранение под Бородино, а в 1814 г. во главе авангарда русских войск остановил под Краоном имеющую трехкратное превосходство французскую армию, возглавляемую самим императором. Кавалер российских, французских, британских, австрийских, шведских, прусских, сардинских, греческих, турецких орденов. Награжден золотыми шпагами с бриллиантами «За храбрость» и «Взятие Варны». Начальник, впервые в истории русской армии отменивший телесные наказания в своем корпусе. Граф, на свои деньги в течение двух лет содержавший госпиталь, где лечились до 300 солдат и 50 офицеров. Завоеватель, получивший от французов медаль за гуманное отношение к местному населению. Глава экспедиционного корпуса, из собственных средств оплативший карточные долги своих офицеров.

    «Сановник мудрый» - писали о нем современники. Назначенный в 1823 г. Новороссийским генерал-губернатором, Воронцов столько сделал для Одессы, что его мирные деяния затмили военную славу. Он поднял экономику края. Впервые в державе на его фабриках заработали выписанные из Англии паровые станки, стали производиться отечественные «голландские» сыры, обеспечивавшие всю империю, торговля зерном через бурно развивающийся порт способствовала притоку в казну солидных средств. Благодаря Одессе, страну обеспечивали выращенным в крае подсолнечником и произведенным здесь же маслом, кукурузой, грецкими орехами, маслинами, заморскими фруктами.

    Губернатор позаботился о том, чтобы наладить проблему водоснабжения Одессы, замостить щебнем улицы и засадить их деревьями. Окончил начатое графом Ланжероном устройство ботанического сада и Приморского бульвара, начал строительство своего великолепного дворца, а на образовавшейся улице раздавал места бесплатно, требуя лишь того, чтобы она в течение пяти лет была застроена приличными домами, которые и по сей день являются украшением Одессы. При нем был осуществлен проект грандиозной 200-ступенчатой гранитной лестницы, ведущей от бульвара к морю, открылись крупные торговые дома и биржи, основались чугунно-литейные, водочные и пивоваренные заводы, макаронные и табачные фабрики.

    Просвещенный ум. При графе была открыта вторая, после петербургской, городская публичная библиотека, общество истории и древностей, заложены основы археологического музея. Ришельевский лицей получил статус высшего учебного заведения, появились две городские газеты, было налажено книгоиздание, в том числе и на украинском языке. При непосредственном участии графа и его супруги в городе появилось множество благотворительных учреждений.

    Одесса стала третьим после Москвы и Санкт-Петербурга городом Российской империи. Согласно переписи 1840 г., население Южной Пальмиры почти на треть превышало население Киева, а число каменных построек было больше киевских в сорок раз. В городе жили известные литераторы, художники, представители аристократии, видные государственные чиновники, богатые негоцианты. Это было время подлинного величия Одессы. «Здесь все Европой дышит, веет» - писал о «воронцовском» периоде Пушкин.

    Были при Воронцове и тяжелые годы, омраченные неурожаем и моровыми эпидемиями. Но и в трудные времена он оставался мудрым администратором. Во время чумы 1829 г. лично посещал все карантинные пункты, следил за исполнением своих распоряжений, каждое утро и вечер принимал донесения. Во время голода 1833 г. создал комитеты, которые должны были вникать во все нужды, раздавать продовольствие и денежную помощь, снабжать крестьян зерном для сева и скотом для полевых работ. Лично участвовал в организации акций по сбору денег для голодающих, устраивал благотворительные спектакли в городском театре.

    Император Николай Павлович, посетивший Одессу, увидел в городе столичный порядок и процветание. В 1844 г. Воронцов был назначен кавказским наместником, сохранив и заведование Новороссийским краем. По воспоминаниям современников, это назначение вызвало переполох в Одессе. Многие служащие городской канцелярии хотели остаться служить при графе. Одних только просьб об адъютантстве было подано более 200.

    После нового назначения в его канцелярии в Тифлисе сосредоточились все нити по управлению Кавказом, Закавказьем и Новороссией. Он открыл новые школы в Тифлисе, Ставрополе и Ереване, создал закавказское общество сельского хозяйства, организовал первое восхождение на Арарат. Но граф был уже немолод, давало о себе знать подорванное в военных кампаниях здоровье, и спустя семь лет после назначения на Кавказ, подал прошение об отставке. Воронцов был уволен с государственной службы в высшем воинском звании – чине генерал-фельдмаршала.

    Последние дни жизни князь провел в любимой Одессе. Он вернулся сюда в начале октября 1856 г., а 6 ноября его не стало. После смерти князя Елизавета Ксаверьевна осталась жить в Одессе, полностью посвятив себя благотворительности. Живым памятником её заботы стал Михайлово-Семеновский сиротский дом, построенный в честь незабвенного супруга, на строительство которого она выделила 135 тысяч неприкосновенного капитала. Скончалась светлейшая княгиня Елизавета Воронцова 15 апреля 1880 г. За заслуги в общественной деятельности было получено высочайшее разрешение на её погребение рядом с супругом - редчайший случай, когда в кафедральном соборе было совершено погребение женщины.

    9 ноября 1863 г. в Одессе был торжественно открыт памятник Михаилу Воронцову, построенный на пожертвования граждан Российской империи. Примечательно, что первый взнос в фонд строительства памятника – три тысячи рублей – внес из собственных средств император Александр II.

    После разрушения Спасо-Преображенского собора в 1936 г. хотели снести и памятник. Пригнали трактор, набросили на статую мощную цепь. Она натянулась, но разорвалась. А гордый и мудрый Воронцов остался на гранитном пьедестале.

    Людмила ЮРЧЕНКО,
    газета «2000», 11 ноября 2005 г.






Сведения из историиЭтапы строительстваПрошлое и будущее собора
Этапы воcстановленияСобор и людиПубликации о собореНовости
ПожертвованияБлаготворительные билетыЛюди о собореКнязь Воронцов
Реквизиты "Черноморского православного фонда"Почта фонда
Обращение к предпринимателям
Фотогалерея